Наш новый автор, курсант Школы журналистики Инги Фроловой, известный в узких кругах голубой интеллектуал, вспоминает о первом сексуальном опыте и непрочь повторить его с истинными ценителями копрофагии (говноедства).
Дело было в Запорожье, тёплым июньским утром 1986 года, когда мне едва стукнуло 16. После двух недель практики на Автозаводе я изрядно устал. По вечерам не было сил ни подрочить с одноклассником Юркой, ни даже самому поиграть с встающим на всё другом. Я закрывал глаза и видел мрачный цех, горы металлической стружки и лужи мерзкого машинного масла... Стоп! Хватит! Отдыхать!
В субботу, ровно в 5 утра я побросал в рюкзак донки, взял ключ от сарая и в два прыжка очутился в подвале. Дорогу до нашего сарая я проходил вслепую: десять шагов вперёд до угла, шесть – влево... Я вытянул вперёд правую руку. Раз, два... Оппс! Я вздрогнул: рука наткнулась на чью-то джинсовую куртку, а хриплый голос произнёс:
- Попался, птенчик!.. Серёга, тут ещё один!
Из темноты донеслось:
- Давай его сюда, гандона!
Я рванул, было, к выходу, но споткнулся...
Три или четыре пары рук подхватили меня и потащили вглубь подвала. Я пинался и дёргался, но что может сделать шестнадцатилетний мальчишка с кучей дюжих и возбуждённых мужиков-работяг?
- За каждый звук получишь пузырь в жопу. Понял меня, ублюдок? – сказано вполголоса, понято мгновенно...
В одном из тупичков подвала, прямо на полу горела свечка. Блики облизывали грубые доски сараев, мрачные силуэты и... голого одноклассника Генку из четвёртого подъезда. Его руки и ноги были связаны так, что он принимал позу пловца на старте.
- Раздевайся, птенчик!
- Отпустите меня!.. Я никому ничего не скажу! – прошептал я.
- Заткнись, урод, блядь!.. Ты и так ничего никому не скажешь! – сказал тот, кто поймал меня, - А за то, что открыл свой рот, я тебя накажу!
Тут я получил сильный удар в челюсть и упал.
- Раздевайся, сучара! – чьи-то мощные руки сдирали с меня тренировочные штаны, трусы, футболку, кроссовки...
Я не питал никаких иллюзий. Понятно, что к шестнадцати годам я уже был наслышан об изнасилованиях, но никак не мог понять, как это в попку может войти чей-то хуй? Неужели меня сейчас выебут? От одной этой мысли было и страшно, и стыдно.
- Раком, падла, сука, уёбок! – крошечный фонарик, работающий от ручного рычага, зажужжал и вспыхнул прямо перед моими глазами.
– Мить, а он очень даже. Как девочка...
- Открой рот, цыпочка, и сделай дяде чмок-чмок! – перед лицом возник истекающий мочой и пахнущий дерьмом член с наколкой в виде ромашки, фонарик погас.
Я попытался отползти в сторону, но получил ещё один удар в челюсть:
- Стоять, пидор гнойный! – при этом сильные пальцы открыли мой рот, и в ту же секунду в нёбо воткнулся чей-то говном вонявший член. В принципе, член как член, но этот член был первым в моем рту...
Я захлебнулся, можно сказать - подавился... Член лез вглубы в горло, и я совершенно на мог дышать. Меня стало рвать от члена и запаха, а хуй всё лез и лез... Сзади вспыхнул свет:
- Братаны, вы только гляньте на эту сраку!
- Вау!.. – член вылез из горла.
- Птенчик, хочешь мы разорвем тебе жопу? Можешь ответить.
- Нет...
- Птенчик, ведь ты пидор! А если ты пидор, поднимай сраку повыше!
Я даже не успел пошевелиться, как внутрь вошёл чей-то палец.
- Ааааххххх!.. – было очень больно.
- А кому сейчас легко, петушок? – палец вышел из попки.
- Пацаны, подведите сюда второго! – сказал Серёга, и два верзилы подтащили ко мне полудохлого Генку, а сам Серёга зажужжал фонариком – Смотри, тварь, какая должна быть жопа!
Генка замычал, а еле удержался, чтобы не заорать от воткнувшегося в меня члена.
- Паша, это ты, что ли?
- Ага!.. – самодовольно хмыкнул невидимый Паша и стал ритмично рвать мои внутренности, и в это же время в мой рот вошёл ещё один член.
- Птенчик, ты просто прелесть!.. За это ты получаешь приз!.. Геннадий, ну-ка отсоси у пидора! – Генка повозился в темноте и нехотя припал к моему члену.
И в этот момент мне показалось, что задница совсем не болит, более того, мне чертовски приятно. Я стал двигаться в такт трахающим меня Паше и Серёге, Генка зачмокал и я... со стоном кончил за пару минут.
- Этот гнойный пед уже кончил! – это был Митька, - А кто ему разрешал? За это, пидор, ты будешь наказан!
В мою дырку упёрлось холодное стекло пивной бутылки.
- Пожалуйста, не надо бутылкой! Вы мне всё порвёте! Лучше трахайте меня в попу и в рот, сколько хотите, но не надо бутылкой!.. – мою речь прервал удар в челюсть.
Голова упёрлась в стенку сарая, по спине ползали мурашки (впрочем, это могли быть тараканы с пыльного пола), а в задницу лезла «чебурашка». Я ныл и ревел, боль отключала мозги...
- Вить, бутылка, блядь, не лезет...
- Ничё, щас влезет!.. Серый, пододвинь матрас!
В темноте зашуршал матрас. Меня подняли и усадили на кого-то лежащего, не забыв ввести в кровоточившую дырку член.
- Нагнись!
Я нагнулся. Сзади зашуршали и – ааааоооппп! – в мою задницу вошёл ещё один член, а в рот – ещё один, уже обмякший. Всё это было менее больно, чем проникновение бутылки, но тоже не сахар. Члены заёрзали в моей попке.
Митька встал на колени, и приблизился анусом к моему рту.
- Лизать, сука! - скомандовал он.
Его дырка была немного измазана светло коричневыми, сильно пахнущими какашками, я осторожно провел по ним языком, ощутив мягкий, слегка горьковатый вкус кала, затем более настойчиво вылизал сморщенную дырку, и даже несколько раз вставил язык внутрь, продолжая наяривать на членах.
Я почувствовал, как из митькиной жопы полезли какашки, еще теплые, поднес к носу и попытался вдохнуть в себя весь их запах. Мне хотелось что бы запах, этот терпкий, теплый запах, запололнил меня всего.
Я размазал говно около носа, положил в рот, растер языком по всему рту. Митька к этому моменту уже обернулся и размазывал свое дерьмо по моей груди. Я был уже на грани оргазма из-за слоя какашек.
Заталкивая мне в рот свое дерьмо, Митька кончил, при этом из его сраки вышло еще несколько литров жидкого дерьма, заливая мое распластанное тело.
Впервые в жизни я испытал умопомрачительный оргазм и блаженство. Все происходишее далее я воспринимал сквозь "розовые очки".
- Мить, у тебя пиво осталось? Дай глотнуть!
- На...
- Ну как, хорош на сегодня?..
- Ага... Только я ссать хочу... Эй, крокодил Гена, ты где?
Генка застонал в углу, и там же зажурчал бывший литр пива, теряясь у него во рту. Я впервые обратил внимание, что Гена тоже перепачкан какашками с головы до пят.
- Вкусно, падла?
- Угу!..
- Тогда – кордебалет, ублюдки. Сейчас Птенчик трахнет Крокодила, а Крокодил – Птенчика, и мы вас отпускаем, мальчики. Крокодил, в позу!
Генка послушно стал раком, а я стал теребить свой предательски висящий и непослушный член.
- Что, пидор? Не стоит, сука? По бутылке соскучился?..
Выручил Генка:
- Давай я у тебя пососу! – в самом деле, помогло. Минут через десять работы я разрядился.
И тут же на меня набросился Генка... Оппаньки!.. Кто бы мог подумать, что у этого хмыря такой гигант?..
Я ныл, я Генка всё работал, работал и работал, не обращая никакого внимания на восторженные вопли Паши, Митьки и Серёги. Десять минут? Двадцать? Тридцать?.. Ну сколько же можно?..
Уффф!..
- Хорошо, пидоры... Вы заработали свободу! Надеюсь, вы понимаете, что вас выгонят из школы и всяких там комсомолов, если узнают, чем вы занимаетесь - сосете, дерьмо жрете, пьете сцаки? – Митька говорил голосом доброго волшебника. - Крокодил, ждём тебя завтра в семь вечера у входа в подвал... И не ссы: больно больше не будет! Всё, идите на хер отсюда, уёбки...
Мы кое-как оделись и вышли из подвала.
Ласково светило солнышко, на кустах чирикали ни о чём не подозревающие воробьи...
Что было потом?
Парни из подвала больше не появлялись. Меня тянуло в подвал, и я несколько раз я натыкался на Генку, и мы срали и мочилисьдруг на друга, не говоря ни слова, понимая и кайфуя без слов...
Потому что этот кайф не описать словами!
В школе и во дворе мы делали вид, что ничего не происходит... Потом я переехал в Киев, а Генка остался в Запорожье, теперь у него своя фирма, жена из богатой семьи и положение в обществе. Поговаривают, что на самом деле всё это он обрел, работая жеребцом, осеменяя богатых бизнес-леди и жен «новых русских»...
Что касается меня, то я уже больше не смог заниматься сексом без говна. Странно, я мечтал о повторении того случая в подвале...
Сознательно или нет, я ищу своего сказочного Принца, который обдаст меня калом с головы до пят.
Иногда мне удавалось найти партнера, соглашавшегося попробовать коричневый секс, но его интереса хватало только на один раз.
Я так глубоко признателен создателям сайта Гей-Украина за то, что они предоставляют трибуну геям с нестандартной ориентацией, таким как я.
На жизнь я не жалуюсь. У меня есть всё - не хватает только красивой и всепоглощающей коричневой любви.
Но я не теряю надежды! Если ты, мой незнакомый шоколадный Принц, любишь говноедство, игры с калом и ищешь верного и преданного партнера-говноеда, напиши мне просто сейчас по адресу: len@smtp.ru
Кей Овальд,
Эксклюзивно для GayUkraine.com
Фото автора (автопортреты)
А еще Кей Овальд написал к этой статье стихи. Вот они:
Грусть мои заметает следы,
Я останусь стоять у окна,
И в раскрытых глазах пустоты
Снова цвет золотого говна.
Я уйду вслед за ночью в анал,
Не заметишь меня, хуй с тобой,
И в руках сохраню я твой кал,
Я такой - говноед голубой...
Содержание
наших гостей здесь 8
Самое читаемое...
