Гей-символ 90-х EL Кравчук засветился в ватном шабаше!17 мая планета отмечала Международный день борьбы с гомофобией. Этот репортаж — своеобразная лакмусовая бумажка. Прочесть ее до конца сможет лишь толерантный человек. Он улыбнется, задумается или посочувствует героям. Гомофоб не выдержит, не сможет ее прочесть, у него появятся симптомы «попоболи», он начнет биться в падучей, побьет от переизбытка «чуйств» жену и начнет писать в «камментах» что-то вроде: «Вырожденцы! Говноеды…».

Вспоминается анекдот-быль. Актеры на собрании труппы сурово осуждают товарища, которого заподозрили в гомосексуализме. Звучат выступления:

— Это растление молодежи…

— Это преступление…

— Боже мой, — не выдерживает Фаина Раневская. — Несчастная страна, где человек не может распоряжаться своей жопой!

Я только зашел в редакцию, как сразу почувствовал подвох. Прямо как у классика: «Веселое напряжение висело в воздухе, как колбаса. Хоть режь». Редактор откашлялся, потер руки и сказал с нехорошей улыбочкой:

— Ну, что, Жогов, хочешь отдохнуть? Развеяться? — и все в редакции замерли, ожидая моей реакции. И улыбались тоже нехорошо. Паскудно, я бы сказал.

«Знаю я ваши «отдохнуть», — подумалось тоскливо мне. — В феврале месяце послать баржу контрабандистов фотографировать. В холод! В шторм! «На море хочешь?» — вот, что вы тогда спросили. Или в лепрозорий меня, ипохондрика, отправили, спросили: «В санаторий хочешь?».

— Знаю я ваши уловки! — сказал я и тоже улыбнулся. Нервно. И глаз дернулся. Нервный тик мне достался от репортажа о секте Мальцева. Надо сказать, что члены секты весьма приставучи и докучливы. Свят, свят, свят! Не к ночи будут помянуты.

— Нет-нет. Нужно осветить приватную вечеринку. Только-то. Вина выпьешь, повеселишься! — вкрадчиво говорил редактор, а я угрюмо слушал, ожидая подвоха.

— Это вечеринка «Медведей», второй раз уже в Одессе проходит, – уже не скрывая веселья, выпалил редактор.

Остальные журналисты хрюкнули в свои компьютеры.

Сразу объясню. «Медведи» — это огромные, пузатые мужики, часто с бородами и лысинами. И они геи. Они рвут волосатыми ручищами шаблоны о том, что геи женственные, манерные и вычурные. Они грубые, неотесанные, не сморкаются в рукав, но близки к этому. Вечеринки их называются «медвежатниками».

— Их администратор твое фото увидел, — растолковывал мне редактор, — так сразу сказал: этот мужчина способен разбить немало сердец на «медвежатнике». Из всех мужиков-журналистов только твою кандидатуру одобрили. Остальные-то не подходят! Хлюпики! Пострадай, Жогов! — веселился он.

Что бы вы поняли. Я здоровый мужик. 120 килограммов. И у меня борода. Я похож на канадского лесоруба. По меркам «медведей», я близок к идеалу красоты. И меня выбрали осветить «медвежатник».

— Мы самое либеральное издание, и потому нас допускают на эту закрытую вечеринку. Субкультура, вызывающая шок у граждан. А какие «медведи» на самом деле? Так что, сделай эту вылазку в их берлогу. Не давай им комиссарского тела! Хе-Хе!

Я окинул взглядом вовсю веселившуюся редакцию. Не увидят они моей растерянности.

И ушел домой. Дома, молча поужинал, не отвечая на вопросы домочадцев, и попрощавшись с встревоженной женой, поехал на «Медвежатник».

Максим Мишкин — педераст Украины

Максим Мишкин — видный медведь-говноед, педераст Украины, выходец из Луганска, проживающий в Харькове. Сайт копро-медведей Мишкина http://scat.g-ua.com

Смеркалось… Было тревожно… Я тяжелел от ожидания… Максим Мишкин, администратор «Медвежатника», сказал фотоаппарат с собой не брать. Дескать, «медведи» нервничать будут. Но фотографий обещал с вечеринки прислать. С закрытыми лицами.

Тревожно было оттого, что подобная ситуация была обыграна в тысячи комедий. Натурал попадет в гей-клуб «Голубая устрица» и… ту-туру-ту-ту-тум!

Я утешался историей о своем знакомом, который часто ездит в Европу. Жуткий гомофоб. Нет, мой знакомый не ходит во время одесского Марша равенства вместе с Мисс Баррикадой к ограждению кричать: «Пид…ы!». Геев он просто панически боится. Когда он в Париже впервые увидел целующихся на улице парней, его «вколбасило» не по-детски. Он ходил по парижской брусчатке и подскакивал при каждом шорохе. Он не замечал красот Тюильрийского сада и Елисейских полей. Ему казалось, что ОНИ заходят сзади. Бедняга боялся, что какой-то мужик ухватит его за ягодицы. Что тогда делать? Бить? Бежать? Но его никто не хватал. А встречающиеся однополые парочки не обращали на него никакого внимания. А появись тут Мисс Баррикада с «матюгальником» да заори благим матом, тут бы все и всполошились, посадили бы, скорее всего, бабульку в клетку, как жирафу. А может, и не посадили бы. Они ведь толерантны…

Но вернемся к моему другу. Он потихоньку угомонился. Ездит в Европу регулярно, и обнимающиеся геи стали для него обыденностью. Он называет их «геями». А «пид…сами» он величает украинскую таможню, когда возвращается обратно.

«Медвежатник» проходил в центре города. Я зашел в пропахшую кошками арку одесского дворика, поплутал между парадными и подошел к подвальчику без опознавательных знаков. Созвонившись с Мишкиным, убедился, что это и есть «Медвежатник». Вздохнул и зашел.

Я ожидал миллионов блесток, которые сыпятся с потолка. Крутящегося зеркального шара. Что будет играть «It’s Raining Men». Ждал серебристых каблуков, густых, непомерно огромных ресниц, жирных, как гусеницы, губ, напудренных толстых лиц, чего-то фееричного, в стиле вечеринки Фредди Меркьюри. И ошибся.

Помещение предоставила организация «Queer Home Odesa». С кучей скучных заморочек, свойственных офисам-лекториям. Доска на ножках, исписанная маркером. Куча брошюр. И столы-парты. На стене висела картина с зигующими гомофобами — как напоминание.

«Нет, это не Рио-де-Жанейро!» — подумал я. И тут ко мне подскочил округлый парень небольшого росточка, с добрым и лукавым лицом. «Если это «медведь», то, наверное, панда», — решил я.

— Я Максим Мишкин! А вы с «Думской»? Отлично, — он цепко и одобрительно меня оглядел. Доверительно сказал: Я, на самом деле, не медведь. Я сочувствующий. Мне грозит, что я и после 50-ти не стану «медведем»! (действительно, непременный атрибут «медведя», борода, у Мишкина, видно, просто не растет).

— Что за жизнь у тебя? Сплошные тусовки, ночные клубы?

— Не совсем так. Я человек не тусовочный. Я и в гей-клубы не ходил. Меня это особо не интересовало. Но вот из-за того, что начал мобилизировать медвежье движение в Украине, я, естественно, посещаю мероприятия. Я не «медведь», я «haser. Это обозначение типажа мужчин, которым нравятся медведи, хотя сами они к таковым не относятся. «Сhaser» можно перевести как «охотник», и это отчасти верно. Ведь медведи существа дикие, на них очень интересно охотиться (смеется). Я лет 12 уже веду для «медведей» группы в соцсетях. Мне комфортно с ними. У меня друзья «медведи». И мой бой-френд — «медведь». Я всех предупрежу, чтобы к вам не приставали! Потому как тут всякое может быть. А теперь поможете поставить столы?

Мы стащили парты в длинный, «свадебный», стол.

— Сейчас пойдут медведи! — сказал Мишкин и стал о чем-то спорить с хозяевами помещения. Две лесбиянки, по-моему, несколько тревожились из-за «медвежатника». Но Мишкин уверял их, что все будет тип-топ.

И начали собираться «медведи». Лысые, бородатые, за шестьдесят, с брюшком, и помоложе, но все неизменно мускулистые дядьки находили это место молниеносно. Словно по запаху.

Впрочем, Мишкин мне удовлетворенно сказал, что, в отличие от первого «Медвежатника», на этом были в основном местные. Одесситы.

Их было человек двадцать. Несколько знакомых лиц я видел на Марше равенства.

«Медведи» приходили со второй половиной, были и одинокие «медведи-шатуны», те, чей взгляд невольно ловишь на себе.

Был восторженный юноша в длинном черном плаще из местного ЛГБТ-сообщества. На «медвежатник» его пустили, хотя он вовсе не отвечал по габаритам «медвежьим» стандартам – очень уж хотел узнать про «медведей» побольше. Был и депутат горсовета из одного крупного города. Я его про себя прозвал Фернанделем. Если помните, в 1950-х был такой французский актер с подвижным большим лицом. Он с нежностью и грустью смотрел на молодого парня, с которым пришел. Парень развалился в кресле и пил вино, делал индифферентное лицо, одновременно прислушиваясь к тому, что говорит о нем друг.

Максим Мишкин — видный медведь-говноед, педераст Украины, на гей-прайде в Киеве весной 2018 года. Сайт копро-медведей Мишкина http://scat.g-ua.com

– Он все для меня! Горе мое! И радость моя, — говорил расчувствовавшийся Фернандель. Казалось, он вот-вот заплачет. Он «медведь в шкафу», то есть живет двойной жизнью, скрывая свою ориентацию. Ну а как же – политик.

Самые матерые «медведи» сели за стол и, к моему удивлению, достали пакет. Оттуда вытащили колбаску, хлеб, селедку, чеснок и начали неспешно закусывать. Это были тертые «косолапые». Один из них — одесский бизнесмен — принес сыру, которого, как он говорит, не купишь в магазинах.

Краем уха слышу разговор «медведей»:

— Еще Максим Горький писал: «Уничтожьте гомосексуалистов — фашизм исчезнет». Их и уничтожали. Всем он, тем самым, объяснил: геи-то фашисты! Фашисты их тоже уничтожали.

— Ягода (Генрих Ягода – руководитель НКВД в 1934-1936 годах, — Ред.) подлил масла в огонь, заявив, что они растлевают красноармейцев…

Я сходил в бар, где две девушки-лесбиянки наливали «медведям» аперитивы.

— А женщины-«медведицы» есть?

Они засмеялись:

— Нет, есть «бутчи» (бутч выполняет роль мужчины в лесбийском союзе, — Ред.).

Я взял стаканчик вина в баре и пошел за стол. Стараясь не привлекать к себе внимания. Но вот неудача: я как-то криво поставил стаканчик и расплескал вино по всему столу. И тут же почувствовал, что на меня смотрят. Все. Тут же нарисовались три дружелюбных «медведя», которые вытерли лужицу, спросили, не надо ли заменить вино. В общем, проявляли любезность и внимание. Я законфузился и почувствовал неловкость, но меня спас Мишкин, который начал свою речь.

Он поприветствовал всех «Медведей» и тут же сказал:

— Среди нас есть Gay-friendly журналист (т.е. дружественный), прошу не обижать и не чіплятися!

В подвальчике был и своеобразный кинотеатр, сиденья которого были склочены из досок. В стиле «лофт». Там демонстрировали составленную Максимом Мишкиным презентацию достижений «медвежьего» клуба. Я присел и приготовился слушать.

На экране сменялись картинки. «Медведи» в коттеджном домике танцуют. Забавляются. Трутся о Drag Queen, плотного мужчину переодетого в женщину. А вот какого-то бедолагу привязали ремнями и подвесили над землей. Голые, разгоряченные мужские волосатые телеса во весь экран. Сказать, что я шокирован? Так нет. Все смотрели «Игра престолов», а там все это (однополый секс) есть. Причем гораздо откровеннее.

Всемирный гей-гид сообщает: «Украина — страна с гостеприимными и приветливыми людьми. С терпением и некоторой осторожностью гей-путешественники найдут Украину интересным, уникальным и красивым местом».

— «Медвежатник» — это обычные «потрахушки»? – спрашиваю Максима.

— Те мероприятия, которые я провожу, в 90% случаев не имеют оттенка «круизинга», то есть это не секс-вечеринки. Взять то же помещение Queer Home Odesa, тут даже нет места, чтобы уединиться. Тут ведь и туалет на одного человека. Те же пикники, те же посиделки в баре — это все тоже без сексуальных локаций. Другое дело — коттеджные вечеринки! Там номера, сауна, то есть все располагает к этому.

Но на эти встречи едет много пар. Людям важен не секс, важно не прятаться. Чтобы чувствовать себя нормальными. Чтобы не прятать своих отношений. Не прятать своих эмоций.

— Что для вас идеальный «медвежатник»?

— Это отдельный коттедж в Одессе, с выходом к морю. Когда-то были такие коттеджи в Крыму, но теперь я могу рассматривать только Одессу. И обязательно отдельный выход к морю. «Медвежатник» должен быть нудистским. Это максимально круто. Это может привлечь туристов со всего мира к Украине. Гей-туризм в Украине очень печальный. Соревноваться с Испанией мы не можем.

Медведи расхаживали по подвальчику со стаканчиками вина и беседовали друг с другом. Да как упоенно! Они получали удовольствие от общения. Их можно понять: многие сюда добирались за тысячи километров, чтобы просто побыть собой.

Максим Мишкин с удовольствием отвечал на вопросы:

— Изначально «медвежье» движение зародилось в США, оно символизировало мужественность гей-сообщества. Поп-культура диктовала нам стереотипы о женственных и манерных геях. Наша тусовка не манерная и не женственная. Кстати, среди геев существует мнение, что «медведи» считают себя элитой. Казалось бы, кто может быть проще, чем медведи? Ребята без выпендрежа.

— А есть ли мода на подтянутую, мускулистую фигуру? Часто говорят, что спортивный, следящий за собой парень – это гей!

— Не всегда. Меня лично интересуют не накаченные парни, не худощавые, не парни нормального телосложения. Мне нравятся полные мужчины- чаббы.

— Кто приходит на «медвежатник»?

— У нас часто бывают иностранные гости, в прошлом году на «медвежатнике» был оперный певец из Италии. У нас есть и адвокаты, и судьи, и полицейские, и священники. Все есть. Ваши коллеги-журналисты часто бывают.

Медведи — это люди в возрасте. Солидные. Т.е дослужились до какой-то должности. Либо имеют личный бизнес. Как и в любой гей-тусовке, у нас много врачей и учителей.

У нас есть парень, который приезжает из Швеции, он довольно часто у нас бывает. Из Финляндии бывает мужчина. На одном «медвежатнике» было больше двадцати представителей Норвегии. Белорусы постоянно приезжают. Из Британии был один мужчина. А когда «Евровидение» в Украине было, так вообще были представители разных стран. Я там познакомился с таким персонажем «медвежьей» тусовки, как Златовласка. Это журналистка из Британии, она тусит с «медведями», ей с ними комфортно, и ее все знают.

Все с нетерпением ждали, что придет примадонна «медведей» — травести-дива Джина Смайл. Это кошмар гомофоба. «Дама» с пышными формами. Огромными ресницами, кричащим макияжем, пузом и нежным голосом. В миру Евгений Сауляк. Воплощение порока и «прогнивших европейских ценностей», его образ часто используют российские пропагандисты. То в одном ролике покажут, то в другом. Вот, дескать, докатилась Украина! Женя работает водителем трамвая и одновременно выступает в клубе «Либертин» в образе Джины. Начальство о второй жизни вагоновожатого знает, относится к ней нормально: в конце концов, он отличный работник.

Теперь он любимая травести «медведей».

— Джина часто выступает на наших вечеринках. Наши «медведи» ее обожают. Тут надо пояснить. Drag queen фобия у маскулинного и брутального движения геев есть. Есть отрицание всего женственного. Но Джина Смайл уникальна. Она не тот парень, который надел женские вещи и поет под фонограмму. Она создает шоу вокруг себя. Она обходит парней, поглаживает, знакомится, она их веселит. Даже тех из «медвежат», которые стеснительные, забитые, кто сидел тихо на стульчике, она растормошит, и вот они уже прыгают, танцуют и веселятся.

— А что вы думаете о российских пропагандистских роликах? Нам показывают Джину Смайл и говорят: «Какой гей-кошмар творится НА Украине! Вот до чего Майданы-то доводят!».

— А сейчас у российских пропагандистов популярен другой мем. Это фотографии с моей «медвежьей» колонны на Марше равенства в Киеве. Там был представитель питерского «медвежьего» клуба Алексей. Он был в образе «кожаного медведя», в сбруе, в кожаной кепке, с флагом своего клуба. Так его в зубах таскали все, кому не лень.

У себя на страничке в «Фейсбуке» Максим Мишкин объявил очередной сбор денег на нужды АТО. Собрали немного, но достаточно, чтобы купить бойцам термокружки и кофе.

— У меня на последнем мероприятии был гей, который служит в Вооруженных силах, был на фронте. Он сам водитель. Рассказывал, что служит в АТО и при этом является открытым геем. И сослуживцы, побратимы, к этому спокойно относятся.

— Я думал, что гею в армии вообще и на фронте, в частности, приходится скрывать свою ориентацию. Ведь много бойцов из сел, могут запросто надавать по шеям, а то и чего хуже.

— Это не так. АТО — это зона максимального дискомфорта. И люди, которые там находятся, в первую очередь смотрят на поведение, на отношение к другим. Способен ли человек подставить плечо. Можно ли, грубо говоря, с ним пойти в разведку. А не на то, с кем он спит. Момент ориентации там второстепенный. Там даже отношение лояльнее, чем в наших реалиях. Очень много открытых лесбиянок служит, и это нормально.

Была во всем этом щепотка от советского клуба «Кому за 30». Помните, в фильме «Москва слезам не верит» Лия Ахеджакова была директором такого клуба? К ней в кабинет приходит 70-летний старец и просит его перевести в группу помоложе.

— В младшей группе девочки 28-летние, а у вас ревматизм. Потом жаловаться будете! – заявила она ему.

— Я собираюсь создать организацию, которая будет заниматься проблемами геев «третьего возраста», — заявил мне Максим Мишкин. — Нельзя забывать, что в Украине статью «за мужеложство» отменили только в 1991 году. То есть до 91-го года геям внушали, что они преступники или ненормальные, больные люди. А еще раньше был налог на бездетность. Об этом вообще не принято было говорить. Даже анекдотов практически не было. Встречались где-то на «плешках», у всех жены, дети. А если человек политик, то надо понимать: рейтинг гей-сообщество тебе не сделает. Построить политическую карьеру на них не получится.

— Японские бизнесмены уходят отдыхать в «ясли». То есть кто-то после напряженной рабочей недели идет в бар выпить саке, а кто-то идет в «ясли». Там заботливые девушки снимают с бизнесмена пиджак и галстук, надевают чепец и памперс и дают соску. И человек отдыхает. И это не вызывает демонстраций протеста во главе с японской Баррикадой-сан.

— Япония самая сексуально удовлетворенная страна! Я думаю, что и в Украине есть те, кто с удовольствием почувствовал бы себя в роли спеленатого младенца с соской.

Люди, которым 50 +, они большую часть жизни были несчастливы. Они не жили своей жизнью. Они жили так, как требовало социалистическое общество. И это не есть нормально. Они одиноки. И это плохо. Это страшно. Нужна организация, которая поможет людям, которые пережили эту гомофобную дрянь.

Я поймал себя на чувстве, что, находясь на «медвежатнике», реагирую на шум за окном. Кто идет? Кто стучится? Еще памятен день Марша равенства, когда в помещение Queer Home бросали «дымовухи». От этого ощущение, что мы тут занимаемся чем-то противозаконным.

— Я фиксирую преступления на почве ненависти, — говорит Максим Мишкин. – Хорошо, что люди перестали бояться рассказывать, что на них напали на почве гомофобии. За то, что накрашены. Какой-то гопник «на районе» дал в челюсть парню, потому что у него волосы другого цвета. Жертвы уже обращаются к нам. Тем самым мы показываем очень страшные цифры гомофобной Украины. До этого мы все просто не знали, до какой степени все печально. Мы все думали, что гомофобия — это в России, где в Чечне режут геев. Ой, это страшно, но далеко. А у нас все, мы думали, хорошо.

На самом деле, ничего хорошего у нас нет. Разве что показатели хорошего отношения к геям. Я вот вижу, как относится к нам тот же персонал – официанты, поварихи, администраторы…

— Но на каком-то этапе они узнают, что к ним пожаловали геи?

— Конечно. Если мужики «топлес» и целуются, то, я думаю, нет других версий (смеется).

И отношение нормальное. Помню, когда выступала Джина Смайл, молодую повариху, девушку лет 18-20 буквально парализовало. Она стоит, рот раскрыла, глаза выпучила.

Я подхожу и спрашиваю: «Что случилось? Вам страшно или что?» — «Я розумію, що це погано, але мені так подобається!».

Джина Смайл на этот «медвежатник» не пришла, и подвыпившие «медведи» засобирались в клуб «Либертин». Я вышел в предбанник. «Медведи» курили и говорили шепотом, чтобы не тревожить соседей, чьи окна холодно взирали на подвальчик Queer Home. И тут я понял, что ничего сенсационного, скандального не будет.

Служебные гетеросексуальные корпоративы, в которых я участвовал, зачастую проходили разгульнее, разухабистее и брутальнее. Правда, чтобы поучаствовать в таком действе, не надо было ехать или лететь за тридевять земель. Не надо было прокрадываться тайными тропами. Не довлела картинка на стене, изображающая зигующих гомофобов. И к целующимся на улице бухгалтеру Людочке и завхозу Семенычу не подскакивала банда нацистов. Не била ногами, не кричали: «Вы чо, бля, целуетесь на людях? У себя под одеялом делайте, что хотите, а тут не моги!». И хрясь, хрясь по ребрам.

На корпоратив не вламывается, как в днепровский гей-клуб, полиция, не кладет присутствующих носом в пол, не держит так три часа, наступая на пальцы подошвами берц, не кричит презрительно: «Уроды!». Все это невозможно представить применительно к нам, гетеросексуалам. А если бы такое было, если бы убивали за то, что вы это вы, разве не хотелось бы вам встать, превозмогая боль и страх, утираясь рукавом. И, размазывая кровавые сопли, шалея от собственной безрассудной отваги, крикнуть: «Пошли вы на хуй, пидарасы!». Вот и им хочется.

Автор: Дмитрий Жогов, газета «Думская» (г.Одесса)

(Прочитано 116 раз, 1 просмотров сегодня)




Тэги: , , , ,

Всё о том же...

Анальная трещина суть роковая расплата за гей-секс       Лицом Toyota Auris стал гермафродит Страшко из Украины


Ольга Сумская заступилась за педерастов Украины и певца Виталия Козловского       14-летнего насильника мальчиков упрятали в психбольницу
Что можно засунуть в попу и почему натуралы чаще елозят очко       Ирина Акимова решила спать с секретаршей законно