Помогите Андрею, юному несчастному гею Донбасса!К нам в редакцию пришло письмо. Это было необычное письмо, потому что написавший его человек -юный гей из небольшого шахтерского городка в Донецкой области. Это было письмо-исповедь, письмо-мука и письмо-надежда. Его даже прокомментировать как-то сложно, потому что это — сама жизнь геев Украины. Безрадостная, ужасная, бесперспективная.

Впрочем, вы все поймете сами…

«Я — гомосексуалист! Я люблю сидеть дома, играть за компом. В общем, точно такой же пацан, как и многие другие ребята. Но есть одно различие! Я — гомосексуалист! А вы представляете, как непросто гомосексуалистам? Меня все считают странным. А я так любил общаться с людьми, учился я хорошо. В школе меня невзлюбили, хоть я вежлив и тактичен. До какой-то поры меня терпели.

Но в сентябре прошлого года я навсегда вычеркнул себя из списка «нормальных парней».

Классная руководительница выдумала генеральную уборку. Мы всем классом вломились в дверь. Тряпок и порошка было в избытке. Посреди класса стояла стремянка, которую случайно задело плечом ублюдочное создание по имени Паша (мне он всегда казался, извините, ебанутым, но после этого…) Лестница покачнулась, но не упала. Паша решил, что маяться дурью веселее, чем работать, забрался на стремянку, встал на нее и начал раскачиваться на ней, ловко балансируя. Я стоял в это время рядом со стремянкой, пытаясь отскоблить с парты жвачку. Вдруг увидел нависшую тень. Мне показалось, что Паша потерял баланс и сейчас всей своей тушей упадет на меня вместе с лестницей. Поскольку я такой человек, что побеспокоился даже о такой скотине, как Павлик, я, вместо того чтобы попытаться отбежать в сторону, зажмурил глаза и попытался удержать лестницу вместе с телом.

Я схватился не глядя…

Я позже всех остальных успел сообразить, что в моих руках задница этого ублюдка, который стоит себе на вполне себе спокойной и не шатающейся лестнице. И все в дикой истерике. Многие с хохотом попадали на стулья. Я не хотел этого! Руки я почему-то не убрал. Вдруг я почувствовал резкую боль. Оказывается, Паша просто кривлялся и вовсе не падал, и последние несколько секунд бешено глядел на меня через плечо. Он был не из самых умных, поэтому подумал, что его таким образом унизил самый тихий пацан в классе. И он двинул мне коленом в челюсть. Спустился, врезал мне еще пару раз. И тут до него, похоже, дошло, что смеялись вовсе не над ним (авторитет сказался, да и в сущности, ничего такого особо унизительного для него в этом эпизоде не было). Тогда он заржал мне в лицо и начал обзывать «пидором», и 20 ехидных рож его активно поддержали.

А я все пытался ему ответить. Но не объяснять ему что-то, а засыпать четырехэтажным матом. Не хватило смелости. Я выбежал из класса, получив от кого-то пинка. В школе народа практически не было, все уже разошлись, поэтому я пробежал по коридору, по лестнице наверх и за угол. Я сел не подоконник и зарыдал. Я не очень часто плачу, вы не подумайте. Но тут я рыдал.


Будущее мое виделось (да и сейчас видится) мне безрадостным.

Теперь никак иначе, кроме как «пидором», меня называть не будут. Так и оказалось. Правда, было чуть легче, чем я думал. Девочки иногда улыбались, глядя на меня (конечно же, в компаниях, а не поодиночке), пацаны напоминали мне о моем позоре довольно часто, но очень уж злые подколки были редки, в основном, от Павлика. Я думаю, ребята считали меня простым придурком, но не гомосексуалистом. А когда на арене появился новенький, про меня на время забыли.

Нового парня звали, как и меня, Андрей.

Он был гораздо ниже меня и весил намного меньше. Его манера общения с первого дня заставила всех его возненавидеть. Его голос был очень тихим. Вдобавок, новичок заикался, видимо, из-за волнения. Андрей стал главным «опущенцем» класса, и доставалось ему ГОРАЗДО хуже, чем мне. Поскольку общаться со мной из класса никто все-таки не хотел, я обратил свое внимание на этого парня. В голове у него, похоже, сидело много тараканов, но и у меня они водились.

Логично предположить, что новичка посадили за мою парту. И даже при том, что меня звали так же, как и «опущенца», и сидел я с ним за одной партой, меня выходки пацанов обходили, вернее, их на меня просто не хватало. Тогда мы с моим тезкой сдружились. Общались на переменках, после уроков, сидели у меня дома, играли на компе. Этот парень был очень замкнут и застенчив, не удивительно(в отличие от меня), что его не приняли. Но он мне понравился. Понравился по-настоящему, я даже полюбил этот его странный голос.

Я был девственник (непросто найти свое счастье в провинции). Уверен, он — тоже. А я все гадал, нравятся ли ему женщины? Поспрашивал у него: «Как с телками обстоит?» Оказалось, о своей сексуальности он никогда не задумывался особо, думал, что «это не для таких парней, как я». Разговаривал он со мной довольно откровенно, видимо, доверял.

Прошло пару месяцев. Мы с Андреем были все так же дружны, но дружба наша была уже на другой стадии. Бывает же такое! Андрей ответил взаимностью. Более того, у нас уже был секс!

Я думаю, вы понимаете, насколько я тогда был счастлив!!!

В школе мне становилось все труднее и труднее не привлекать к себе внимание. Мы с Андрюшей всегда были рядом, хоть и вели себя как простые друзья. От этой нашей близости хуже было обоим. Однажды мы сидели в коридоре на последнем этаже школы. Мы просто болтали обо всем подряд, держась за руки. Хорошо, что я успел их убрать, когда услышал шаги. Это была компания моих одноклассников, человек пять. Они уставились на нас, потом заржали. Подошли, начали называть «влюбленными пидорасами» и тд и тп.

Конечно же, они не думали, что это нечто большее, чем цепь тупых совпадений, случившихся с «опущенцами». И тут Андрей попытался ответить. Я не ожидал, что он такой мужественный. Он сказал что-то вроде «сами вы пидорасы, оставьте нас вдвоем, вам нас не понять».

Били нас они сильно и долго.

На Андрея накинулись первыми. Я попытался отшвырнуть от него придурка Борщака, но тот развернулся и ударил меня в живот. В глазах потемнело, я упал. Я видел, что ничем не могу помочь, поэтому я слегка отполз, вскочил на ноги и побежал к директору. Ничего другого не оставалось. Нашли Андрея лежащим на полу. Он был избит, но к счастью, сильно не пострадал. С хулиганами серьезно поговорили.

Как вы догадываетесь, после этого стало еще хуже. Хуже нельзя себе представить. Но это было еще не самое страшное. Перед Новым Годом (я очень люблю этот добрый и волшебный праздник) один из одноклассников (который, наверное, решил свалить с утренника) увидел нас обнимающимися в полутемном коридоре. Я через штаны гладил его член.

В школе я больше не появлялся. Если раньше у кого и были сомнения — сейчас их не будет. А мне стыдно. Стыдно за то, что я не могу постоять за свои права, постоять за свою жизнь, постоять за Андрея, в конце концов.

Даже у него оказались силы бороться, он доказал это тогда в коридоре, а я чувствую, что слаб, как никогда. Симулирую болезнь и не знаю, что там происходит с моим другом.

Он заходил ко мне и говорил, что с ним все в порядке (по его лицу я этого не сказал бы), желал мне скорейшего выздоровления. А я прятал глаза и заливался краской. Думаю, он все понял. Как бы я хотел быть сильнее. Хотел бы быть как те ребята из фильма «Класс». Именно таким.

Я готов бы был перестрелять их всех, до чего меня довели. Я как бы становлюсь меньше и меньше, меня не радует, как раньше, жизнь. У меня есть только ОН, но перед ним мне стыдно за свою же ничтожность. Пожалуйста, не издевайтесь надо мной, а помогите советом.»

(Прочитано 254 раз, 1 просмотров сегодня)




Тэги: , , , , ,

Всё о том же...

В России требуют закрыть facebook за содомию и вернуть уголовную ответственность за мужеложство       Родители радуйтесь  из вашего сына вырастет отличный содомит


Ольга Сумская заступилась за педерастов Украины и певца Виталия Козловского       14-летнего насильника мальчиков упрятали в психбольницу
Что можно засунуть в попу и почему натуралы чаще елозят очко       Ирина Акимова решила спать с секретаршей законно